Category: образование

заяц

Библиотека мастерских текста переехала

И переехала она на мой сайт: authenticityfirst.ru/masterskietexta.
Там будут появляться все новые задания, советы, отрывки и даже открытые мастерские.

Причин примерно две:
— все мои проекты переехали с разных блогоплатформ на одну площадку AuthenticityFirst.ru,
— в жж много рекламы, хочется публиковать материалы там, где нет банеров.

На новой площадке можно подписаться на все новые записи почтой — для этого придется оставить комментарий и поставить галочку «Уведомлять меня о новых записях почтой». Или просто читать: всё подряд, все задания в отдельном посте, про меня.

Давненько я не проводила групповых мастерских текста: главным образом по той причине, что в последнее время всё чаще работаю с сочинителями один на один. Если у меня прибавится сил, то проведу и группу. Напишу об этом на новой площадке — и в ежемесячном дайджесте.

Спасибо, что вы были здесь со мной!
Если хотите — приходите на новую площадку.
И в мой основной блог «Неидеальные истории».

--
Леночка puho
заяц

«Лифтовый тест»

В рамках бесплатного англоязычного онлайн-курса «Pixar in a box. The art of storytelling» можно узнать, что Пиксар думает о создании героя истории — и кое-чему научиться.

В первом видео второй учебной серии «Character» предлагают так называемый «лифтовый тест».

Поместите вашего героя в лифт и пусть лифт застрянет между этажами. Как поведет себя герой в стрессовой ситуации? Что он будет думать, чувствовать, делать? А если с ним застрянет ещё кто-нибудь?

Обычно при размышлении о герое в первую очередь придумывают сильные и положительные стороны его характера. Лифтовый тест позволяет сбалансировать эту иллюзию.
сан-себастьян

Чарли Кауфман о работе над сценариями, часть 1

Сценарист Чарли Кауфман предельно откровенен в своих работах. Он сделал самого себя центральным героем фильма «Адаптация», обнажив перед зрителями страхи и комплексы, о которых не принято говорить открыто, по крайней мере — не в голливудских фильмах. В жизни Кауфман, наоборот, старательно прячется от публики: он редко появляется на мероприятиях, неохотно общается с прессой и почти не дает интервью. Тем удивительнее, что в 2011 году он согласился выступить с лекцией по сценарному мастерству, организованной Британской академией кино и телевидения.

Я решил прочитать сегодня лекцию, потому что подобного опыта у меня еще не было. Мне хотелось сделать что-то, чего я не умею, и дать вам возможность понаблюдать за моими неловкими потугами. Мне кажется, в этом и состоит задача искусства, оно должно помочь осознать уязвимость, присущую человеческой природе.

Я не буду изображать из себя эксперта или эксцентрика, вместо этого сразу скажу: я ничего не знаю. Этим характеризуется и мой стиль как сценариста: я начинаю работу с мысли о том, что ничего не знаю, и затем напоминаю себе об этом в течение всего процесса. Мы пытаемся стать профессионалами, потому что нам страшно чувствовать себя глупыми или пустыми. Мы хотим власти, потому что она — лучшее прикрытие.

Мне странно называть себя писателем или сценаристом. Иногда, конечно, приходится, например, чтобы заполнить налоговую декларацию. Но, хотя формально я никого не обманываю, мне кажется, что это ложь. Я зарабатываю на жизнь сценариями, но это не то, кто я есть на самом деле. Когда я был моложе, мне очень хотелось повесить на себя этот ярлык, стать кем-то важным, стать сценаристом. Есть такой фильм «Серпико», в нем Аль Пачино играет полицейского, который встречается с художницей. Одна из сцен этого фильма происходит на вечеринке, где собрались разные творческие люди. И они говорят: «Я художник, но работаю в ресторане», «Я актер, но работаю в офисе» и так далее. А когда очередь дошла до Аль Пачино, он сказал: «Я полицейский и работаю в полиции». Сейчас очень многие представляются писателями или кем-то еще, но, если им нечем подкрепить свои слова, то окружающие думают, что это полная ерунда. Раньше мне тоже было важно как-то назвать себя, пока в какой-то момент я не понял: это не моя сущность.

Кажется, Томас Манн сказал: «Писатель — это тот, кому писать труднее, чем другим людям». По-моему, все так и есть: если относиться к делу серьезно, то оно превращается в битву. Интересно, что и с этой лекцией я долго «бился».

Мне хотелось написать искреннюю речь, которая станет для кого-нибудь полезной. Это непростая задача, и она усложнялась тем, что я боролся с желанием понравиться вам. Я представлял, как после моего выступления люди будут говорить: «Вот это лекция!» или «Оказывается, он не только прекрасный сценарист, он еще и умеет донести свою мысль! Я столькому сегодня научился!». И, хотя я отдаю себе отчет в том, что у меня есть потребность в одобрении, мне сложно от нее освободиться или просто понять, когда она возникает. Конечно, никто не хочет опозориться на сцене. Это похоже на страшный сон, мне такие снились много раз. Я знаю, что вы хотите зрелищ, поэтому мое решение быть искренним вместо того, чтобы развлекать вас, кажется немного эгоистичным. В итоге получается двойственная ситуация, в которой сталкиваются мои противоположные желания. И мне кажется, что по большей части из таких желаний состоят персонажи в фильмах и люди в реальной жизни.

Я обдумал много вариантов того, как может пройти сегодняшний вечер, и некоторые из них были совершенно безумными. Я даже хотел сделать из лекции представление, Триша (event-менеджер BAFTA. — Прим. автора) не даст соврать. Все были в восторге от идеи, и я подумал: «Вот черт, теперь мне и правда придется делать представление!» — ведь мне хотелось, чтобы мной были довольны. Но в конце концов я твердо решил, что взамен танцев и песен я предложу свою искреннюю речь. Поэтому я нарочно не планировал ничего конкретного, хотя из-за этого мне намного страшнее. У меня, конечно, есть кое-какие записи, но я понятия не имею, сколько продлится эта лекция: пять минут или три часа.

Именно так я обычно и работаю. Я стараюсь прочувствовать настоящий момент. Если бы я писал сценарий сегодняшней лекции, то потратил бы уйму времени, думая, что чувствует выступающий, что чувствует публика, что значит быть публикой как единым организмом, состоящим из индивидуальностей. Чуть позже я снова вернусь к этой теме.

Мне нужно было произнести это вступление, чтобы почувствовать себя свободнее. Теперь я могу быть самим собой — обычным человеком в непростой для него ситуации. Я хочу, чтобы вы поняли, как важно раскрепоститься, чтобы делать свою работу хорошо.

Недавно я нашел цитату: «Мы не разговариваем друг с другом, мы перебрасываемся фактами и теориями, которых набрались, поверхностно проглядывая газеты, журналы и дайджесты». Это было написано Генри Миллером в 1945 году, но актуально и сейчас. Наш мир уже долгое время развивается в этом направлении. Люди тратят бесчисленное количество часов своей жизни на развлечения: фильмы, телевидение, газеты, видео из YouTube и интернета. И было бы глупо полагать, что все это не меняет наше сознание.

И так же глупо верить, что все эти средства массового развлечения и манипуляции не выгодны тем, кто их создает. Люди изголодались. Они могут даже не замечать этого, потому что их все время пичкают мусором массового производства. У него красивая упаковка и звучное имя, но он сделан на тех же фабриках, что печенье Pop-Tarts или iPad, теми же людьми, которые только и думают: «Как сделать так, чтобы люди покупали еще больше?» И все мы голодаем, убиваем, ненавидим и называем друг друга лжецами и мерзавцами, потому что мир вокруг нас превратился в бизнес. Мы хотим победить, потому что нам одиноко и страшно и кажется, что победа может что-то изменить. Но победа невозможна.

Что же можно сделать? Надо признаться, кто ты. Признаться искренне, кем ты являешься на самом деле: в жизни и в работе. Надо сказать это тому, кто чувствует себя потерянным, тому, кто еще не родился, тому, кто родится только через пятьсот лет. Ваше творчество станет летописью своего времени, но, что еще важнее, оно поможет какому-то человеку быть не таким одиноким, подарит ему надежду, потому что в вас он узнает себя. По крайней мере, я так это чувствую, и я продолжаю исследовать эту область, потому что она имеет колоссальное значение для моей жизни. Предложите миру свою искренность, вместо того чтобы пытаться ему что-то продать. Не думайте, что он всегда должен быть таким, как сейчас, и ограничиваться только рыночными отношениями. Это заблуждение.

Вот цитата Эдварда Каммингса: «Оставаться собой в мире, непрерывно стремящемся превратить вас в кого-то другого, означает вести тяжелейшее сражение, на которое только способен человек. Никогда не прекращайте бороться». Вы нужны миру. Ему нужны не те, кто приходят на вечеринку, прочитав книгу о том, как произвести хорошее впечатление: такие книги есть, и они, несомненно, заманчивы, но постарайтесь не попасться на их крючок. Миру нужны люди, которые не боятся признаться, что чего-то не знают, и которые ведут себя искренне и доброжелательно.
сан-себастьян

Советы. Самуил Лурье, техника текста

«Я, САМУИЛ ЛУРЬЕ, ГАРАНТИРУЮ ТОЛЬКО: ЧЕСТНОСТЬ РАЗГОВОРА, ПРАВДИВОСТЬ ОТВЕТОВ НА ЛЮБЫЕ ВОПРОСЫ И ПЕРЕДАЧУ ЛИЧНОГО ОПЫТА, НАСКОЛЬКО ТАКАЯ ПЕРЕДАЧА ВОЗМОЖНА ДЛЯ ПРАКТИКУЮЩЕГО ЛИТЕРАТОРА, НЕ ЯВЛЯЮЩЕГОСЯ ПРИРОЖДЕННЫМ ПЕДАГОГОМ. ЭТО ВСЁ».

...смысл писать о чем-либо возникает только тогда, когда вы улавливаете у вашего предмета или у вашей темы какое-то слабое место. Вы должны понять, что не сказано про это. Вот всё сказано, а это не сказано. Для этого вообще-то приходится много читать. Сначала приходится прочитать всё, что возможно. После чего вы обнаруживаете то, что вы на самом-то деле знали сначала, а именно — что вашей задумки еще никто не написал.

...я обнаружил, что каждый из нас по крайней мере, каждый из тех, кто более или менее создан для того, чтобы писать текст, а может быть, и каждый человек, просто не каждый доводит это до текста — каждый из нас имеет некоторое знание о сути описываемого предмета. Даже если мы знаем о нем довольно мало. Оказывается, мы про всё на свете что-то думаем. Проблема существует только в том, чтобы отличить то, что думаем мы, от того, что мы знаем от других. Это собственное знание и есть то, что должно быть написано. Основная трудность состоит в том, чтобы оголить в себе знание, выявить эту светящуюся точку: то, что вы на самом деле хотите сказать.

...я не люблю слова, пишущиеся с заглавных букв, но текст в конечном своем пределе стремится к вещи под названием Истина.

...простейший пример: мое первое литературоведческое открытие, сделанное еще в детстве. По радио читали басню Крылова «Механик», последняя фраза звучала так: «А ларчик просто открывался!». Я понял, что он не был заперт, он был открыт! И вот мы ищем сложных ответов, мы ищем сложных ключей и приступаем к инструментам, а он просто открыт нашему знанию.

...тексты, которые мы считаем гениальными, стремительны и внутренне горячи. У них высокая температура, они плотны, достигая какого-то уровня сверхвещества. Это вырванный из вашей головы клочок пламени.

...самые лучшие тексты созданы в состоянии пустоты. Вы обращаетесь ни к кому, находясь в состоянии полнейшего одиночества. Вы ни к кому не обращаетесь, лучшие тексты не напишутся для живого журнала для группы друзей. Вы наедине с собой. Это состояние следовало бы назвать отчаянием. Вы пишете низачем. Вам просто приходят в голову фразы, и вы стараетесь написать их как можно лучше.

...хорошо бы развивать в себе словарный запас, чтобы в вашем тексте ни одно слово не повторялось. Это довольно легко: нужно очень много читать. Текст, состоящий из разных слов, становится очень плотным и выглядит свежим. Слова должны быть разные, но абсолютно точные. Предложения должны быть разные, но как можно более короткие. И главное: они должны приближать смысл.

...хорошая первая фраза необязательно хороша сама по себе. Она, как трамплин, выводит вас на вторую фразу, а затем — на третью и далее.

...время прозы — осознанное прошедшее.

...любой текст должен быть больше самого себя. Выше самого себя, лучше самого себя.

источник: Самуил Лурье, лекция «Техника текста» в Эрарте.


И еще два видео...Collapse )