June 5th, 2015

сан-себастьян

Зэди Смит о писательском провале. Есть ли у писателя обязательства?

6. Писать = отказываться от себя?

Один романист ответил на вопрос «Как бы вы описали писательский провал» так.

Однажды студент задал вопрос в аудитории Ченнайского университета: «Почему, уважаемый, вы тек стараетесь угодить читателю?». Вот что я называю провалом работу ради тех, кого Хайдеггер называл «Das Mann», неустановленные «Они», заглядывающие через плечо, когда я пишу, оценивающие меня и мою самость.

Для романиста вроде меня неудивителен скепсис к самости автора, особенно пресловутой «культурной идентичности» — в конце концов, как можно стать более или менее идентичным, чем ты есть на самом деле? Нас учили, что самость — последнее дело для литературы. Теперь приходится мириться с тем фактом, что наиболее обидное в писательском провале — это предательство той самой, внутренней и настоящей, самости.


Звучит громко. Может быть, лучше начать с простого художественного предательства своего голоса, с любимца критика: клише. Что это, если не язык, который мы выбираем ради тех «Они»? Слова, использованные и потрепанные многими до нас, отвлекающие от искреннего, которым бы надо воспользоваться, чтобы выразить себя?

Клише приводит к общему пониманию, выводит кратчайшим путем, вновь предлагает знакомый путь вместо риска, поджидающего на пути настоящего и непривычного. Это эстетический и этический провал. Говоря простыми словами, вы соврали.

Признавая провал, писатель выбирает что-нибудь помельче. Например, в каждом из моих романов герой «роется в сумочке», потому что мне было лень подбирать сумочке нового друга вместо навязшего на зубах «рыться». Рыться в сумочке означает идти по роману с закрытыми глазами, небольшое личное предательство, но тем не менее настоящее.

Пожалуй, я пишу как раз для того, чтобы не идти по жизни с закрытыми глазами. Легко признать, что предложение заставило вас сморщить нос, труднее встретиться лицом к лицу с тем, что большинство авторов идут с закрытыми глазами по абзацам, героям или даже книгам. Отсутствие самости — подходящий диагноз.

7. Есть ли у писателя обязательства?

Разговор о самости и предательстве поднимает вопрос обязательств, негласных соглашений, на которые идут и автор, и читатель. В литературе редко говорят об обязательствах писателя, какие они и как могут быть нарушены. Обязательства редко всплывают в литературной среде. Давайте поговорим об обязательствах автора с точки зрения читателя, потребителя литературы. Давайте поговорим о желаниях потребителя.

Измеряя обязательства писателя, мы приходим к удовлетворению потребностей читателя. Их много. Изъясняться понятно. Писать интересно и умно, но не задаваться. Представлять себе будущего читателя, когда пишешь. Иметь хороший вкус. Кроме того, современный писатель должен развлекать читателя. Тот, кто не обращает внимание на этот список обязательств, отказывается от популярности и страдает от лап критиков. Захватывающие романы, основанные на ожидаемых поворотах сюжета, где герои говорят на привычном языке телесериалов, всегда будут популярны. В наши дни от литературы не требуется сложности. Читателям хочется узнавать в герое себя, для этого популярная книга должна затрагивать популярные вопросы. Современный рынок художественной литературы ждет от писателя двух качеств: развлекательности и узнаваемости; их отсутствие сулит провал и забвение.

Перевод эссе Зэди Смит "О писательском провале" (‘Fail better’ essay for Guardian):