заяц

Добро пожаловать!

Вы попали в библиотеку заданий, вдохновительных придумок, поддерживающих слов и прочих полезностей, необходимых тому, кто хочет сочинять больше.
В этой записи — быстрый доступ к содержимому библиотеки и знакомство с её хозяйкой.

Больше историй, больше героев, больше текста!
А значит — больше поводов написать что-нибудь.

(Подписаться)О библиотекеCollapse )О мастерских текстаCollapse )
заяц

Совместная работа над текстом

С 2013 года я сотрудничаю с авторами и сочинителями, которым нужна поддержка или редактура.

В этом посте — описание процесса, подхода, инструментов и результатов.

Как идет совместная работа?Collapse )

Читая текст, я переключаюсь между двумя ролями: читателя и редактора. Как читатель я могу сформулировать, где что-то кажется неубедительным или выпадающим из контекста, где мне было скучно или, наоборот, очень интересно. Как редактор — помогаю расставить акценты и вычистить текст. Но делаю я это не самостоятельно, а в связке с автором, чтобы он видел, на что я обращаю внимание, и в следующей подобной ситуации мог сам сыграть роль читателя и редактора для себя самого.

Обычно вопросы к тексту у меня появляются в следующей последовательности:

  • аудитория (кто будет читать и в каком формате, на каком языке и о чем стоит говорить в тексте)

  • смысл (что хочет сказать автор, чего ожидает от читателя, работает ли эта связка)

  • общая логика и консистентность (последовательно ли идёт повествование, нет ли прыжков или провалов)

  • стиль и язык (исправить помарки, упростить обороты, выровнять подачу)

  • структура и композиция (как дополнить смысл формой)

  • вовлечение читателя (чего хотим от читающего, как это представить в тексте)

  • полировка (перечитать и пригладить торчащее, если требуется)

Точно так же я работаю со своими текстами и текстами авторов журнала «Может быть по-другому».

Мои принципы:Collapse )

Какие тексты можно со мной писать?

Всякие. Кроме, пожалуй, стихов.
Несколько примеров: со мной писали мемуары и упрощали юридические документы, сочиняли детскую сказку и причесывали перевод с английского.
Общие принципы восприятия информации во всех этих случаях одни и те же. Думать о смысле и полировать готовое приходится как для статьи в блог, так и в письме для покупателей интернет-магазина.

За какие запросы я не берусь?Collapse )

Что говорят участники?

См. отзывы.

Сколько стоит?Collapse )

Как начать?

Напишите: e.truskova@yandex.ru или https://vk.com/write209221.

--
Леночка puho
заяц

Start writing fiction: бесплатный курс от FutureLearn на английском

Я проходила его сама пару лет назад и очень рекомендую (особенно если вы готовы не только слушать курс, но и писать на английском). Интересный материал, приятные лекторы, но лучше всего — мультинациональные участники, много бесед в комментариях.

Курс время от времени повторяется.

https://www.futurelearn.com/courses/start-writing-fiction

заяц

Новогодняя мастерская странных историй. Анонс

Выделять время для писательства — сложно.
Особенно с непривычки.
Правда же?

Поэтому предлагаю использовать для сочинительства приближающиеся новогодние праздники.
А работать — в группе. Как обычно мы это делаем в закрытых мастерских текста.

С меня — задания и наводящие вопросы, с вас — усидчивость и внимание к собственным историям.

А также поделюсь ещё не выветрившимся отпускным индийским настроением.
Вот, смотрите:




Когда?Collapse )


Как это — мастерская в жж?Collapse )


Кому подойдет мастерская странных историй?Collapse )


Чего в мастерской не будет?Collapse )


Что вы получите в мастерской?Collapse )


Почему мастерская на этот раз посвящена странным историям?Collapse )


Как я отношусь к тексту?Collapse )


Сколько стоит участие?Collapse )


Как записаться?Collapse )
заяц

Задание 101. Телефонная книжка

Из книги воспоминаний Евгения Шварца:

"Хотел затеять длинную работу: «Телефонная книжка». Взять нашу длинную черную книжку с алфавитом и, за фамилией фамилию, как записаны, так о них и рассказать. Так и сделаю".

Задание: откройте свою телефонную книжку (например, в памяти телефона) и выписывайте имена оттуда с историями об этих людях. Расскажите о тех, кто у вас в телефонной книжке, с помощью историй о каждом человеке.
заяц

Константин Паустовский. Замысел писателя

Как рождается замысел?

Почти не бывает двух замыслов, которые бы возникали и развивались одинаково.

Очевидно, ответ на вопрос, «как рождается замысел», надо искать не вообще, а в связи с каждым отдельным рассказом, романом или повестью.

Легче ответить на вопрос, что нужно для того, чтобы замысел появился, или, говоря более сухим языком, чем должно быть обусловлено рождение замысла. Появление его всегда бывает подготовлено внутренним состоянием писателя.

Возникновение замысла, пожалуй, лучше всего объяснить путем сравнения. Сравнение вносит иногда удивительную ясность в самые сложные вещи.

Замысел – это молния. Много дней накапливается над землей электричество. Когда атмосфера насыщена им до предела, белые кучевые облака превращаются в грозные грозовые тучи и в них из густого электрического настоя рождается первая искра – молния.

Почти тотчас же вслед за молнией на землю обрушивается ливень.

Замысел, так же как молния, возникает в сознании человека, насыщенном мыслями, чувствами и заметками памяти.

Накапливается все это исподволь, медленно, пока не доходит до той степени напряжения, которое требует неизбежного разряда. Тогда весь этот сжатый и еще несколько хаотический мир рождает молнию – замысел.

Для появления замысла, как и для появления молнии, нужен чаще всего ничтожный толчок.

Read more...Collapse )
заяц

Константин Паустовский. Точка, поставленная вовремя

Я работал тогда секретарем в газете «Моряк». В ней вообще работало много молодых писателей, в том числе Катаев, Багрицкий, Бабель, Олеша и Ильф. Из старых, опытных писателей часто заходил к нам в редакцию только Андрей Соболь – милый, всегда чем-нибудь взволнованный, неусидчивый человек.

Однажды Соболь принес в «Моряк» свой рассказ, раздерганный, спутанный, хотя и интересный по теме и, безусловно, талантливый.
Все прочли этот рассказ и смутились: печатать его в таком небрежном виде было нельзя.

Предложить Соболю исправить его никто не решался. В этом отношении Соболь был неумолим – и не столько из-за авторского самолюбия (его-то как раз у Соболя почти не было), сколько из-за нервозности: он не мог возвращаться к написанным своим вещам и терял к ним интерес.

Мы сидели и думали: что делать? Сидел с нами и наш корректор, старик Благов, бывший директор самой распространенной в России газеты «Русское слово», правая рука знаменитого издателя Сытина.

Это был неразговорчивый человек, напуганный своим прошлым. Всей своей солидной фигурой он совершенно не вязался с оборванной и шумной молодежью нашей редакции.

Я забрал рукопись Соболя домой, чтобы прочесть ее еще раз.

Поздним вечером постучали. За дверью стоял Благов.

– Вот что, – сказал Благов. – Я все думаю об этом рассказе Соболя. Талантливая вещь. Нельзя, чтобы она пропала. У меня, знаете, как у старого газетного коня, привычка не выпускать из рук хорошие рассказы.

– Что же поделаешь! – ответил я.

– Дайте мне рукопись. Клянусь честью, я не изменю в ней ни слова. При вас пройдусь по рукописи.

– Что значит «пройдусь»? – спросил я. – «Пройтись» – это значит выправить.

– Я же вам сказал, что не выброшу и не впишу ни одного слова.

– А что же вы сделаете?

– А вот увидите.

Read more...Collapse )
заяц

Задание 100. Для группы из пяти и более авторов

1. Вместе придумайте имя и биографию вымышленного автора. Он или она может быть из прошлого, настоящего или будущего. Каждый участник пишет синопсис жизни этого автора (не более листа А4).

2. Теперь садитесь в круг, чтобы по очереди представиться от имени придуманного персонажа (либо пишите по очереди онлайн).

3. Сидящий слева товарищ продолжает и дополняет ваш рассказ.

4. Когда все выступили, запишите это разверное всеми участниками представление, прочтите еще раз и идите сочинять. Каждый должен написать историю от имени этого автора. Представьте, что вы и есть он. Отбросьте свои привычные приемы и получите удовольствие от того, что сейчас вы – это не вы.

Эти истории не должны напоминать то, что вы обычно пишете. Потому что сейчас это не ваши истории!

5. Из полученных историй сделайте совместный проект и продвигайте его от имени вымышленного персонажа.

6. Никогда никому не рассказывайте, кто настоящий автор, даже вашей матери :)


Создатели изначального упражнения: Adam Broomberg and Oliver Chanarin
Найдено в группе https://www.facebook.com/groups/ThePhotographersPlaybook/
заяц

Константин Паустовский. Драгоценная пыль

Глава из сборника «Золотая роза»:

Не могу припомнить, как я узнал эту историю о парижском мусорщике Жане Шамете. Шамет зарабатывал на существование тем, что прибирал ремесленные мастерские в своем квартале.

Жил Шамет в лачуге на окраине города Конечно, можно было бы обстоятельно описать эту окраину и тем самым увести читателя в сторону от основной нити рассказа Но, пожалуй, стоит только упомянуть, что до сих пор в предместьях Парижа сохранились старые крепостные валы В то время, когда происходило действие этого рассказа, валы были еще покрыты зарослями жимолости и боярышника и в них гнездились птицы.

Лачуга мусорщика приткнулась к подножию северного крепостного вала, рядом с домишками жестянщиков, сапожников, собирателей окурков и нищих.

Если бы Мопассан заинтересовался жизнью обитателей этих лачуг, то, пожалуй, написал бы еще несколько превосходных рассказов. Может быть, они прибавили бы новые лавры к его устоявшейся славе.

К сожалению, никто из посторонних не заглядывал в эти места, кроме сыщиков. Да и те появлялись только в тех случаях, когда разыскивали краденые вещи.

Судя по тому, что соседи прозвали Шамета «дятлом», надо думать, что он был худ, остронос и из-под шляпы у него всегда торчал клок волос, похожий на хохол птицы.

Read more...Collapse )
заяц

Сью Таунсенд. Нормальные журналисты на меня не похожи

...я сказала, что буду счастлива писать для нового журнала по восемьсот слов в месяц.

Подумаешь, восемьсот слов. Да это пыль. Настрочу в поезде, по пути из Лестера до вокзала Сент-Панкрас, или на кухне, пока пирог каменеет в духовке. Я уже представляла, как с элегантным блокнотом и перьевой ручкой сижу в уличном кафе, оттачивая и полируя восемьсот мудрых и остроумных слов.

Вы уж простите мне мой смех. Эти восемьсот слов я большей частью тянула из себя клещами.

По-моему, я ни разу не сдала в срок эти восемьсот слов. Позор, да и только. У меня нет права называться профессиональным писателем.

Профи встают на заре и шагают в кабинет. Подумав минутку, печатают восемьсот внятных слов через два интервала. Чуть подправив шедевр, отсылают его редактору, предварительно черкнув пару любезных фраз от себя.

Убеждена, что нормальные журналисты на меня не похожи: они не валяются в постели, дрожа от страха и стуча зубами, не изводят всех, кто согласен слушать (в последнее время желающих мало), стонами «Не могу я. Мне не о чем писать».

(Сью Таунсенд)